Психологический навигатор
Псикологическая помощь. Консультация по Скайп. Лучшие профессиональные психологи. Профессиональные психологи в городе $g_town.
Вход | Регистрация


Психологическая помощь
Выберите город
Без сортировки
По цене приёма
По рейтингу
По ФИО психолога


Мечты могут сбываться



После рождения второго ребенка я задумалась о том, чем бы еще в жизни заняться и как провести отпущенное мне время с пользой для себя и, если получится, окружающих. Бывшая работа не приносила никакой радости, карьеру делать там возможности не было, а оставаться до пенсии в секретаршах, пусть даже высокооплачиваемых, мне казалось недостойным целей моей жизни.

К психологии в широком смысле у меня интерес был давно. Меня всегда интересовали скрытые причины поведения людей, их мотивы и движущие силы. Еще больше интересовала то, почему одни люди вроде при равных или даже более выгодных условиях не умеют жить радостно, богато, счастливо, а другим это удается даже вопреки складывающимся обстоятельствам. И какое детство должно было быть у человека, что бы он вырос именно таким взрослым. Может, из-за этого я и попала в 1995 году на тренинги личностного роста, который тогда назывался Лайфспринг. Он во многом стал некой поворотной вехой, точкой отсчета новой жизни.

Как-то однажды, в разговоре об этом как водится на кухне, один приятель мне сказал:

- А вот у меня знакомые есть, они на арт-терапию ходят, не только сами в терапии участвуют, но и учатся помимо всего прочего, им нравится. Может и тебе попробовать?

Идея не могу сказать, что бы сильно мне понравилась, но как-то засела в голове. Тогда я только слышала такое название, но что это, о чем это, имела смутные представления. Но, повинуясь какому-то порыву, я просто приняла решение, что буду этим заниматься. Тогда мне казалось, что арт-терапия – это так красиво и непринужденно: и звучит загадочно, и не обязывает ни к чему серьезному (в отличие от, например, психоанализа, где только название чего стоит!), в общем, что-то похожее на икебану.

Как человек основательный, я не могла себе позволить, не имея никакого психологического образования, пройти курсы и потом именовать себя арт-терапевтом! Понадобилось три года, чтобы сначала получить государственное психологическое образование с тем, что бы иметь моральное право специализироваться в одной из областей. Еще тогда, будучи студенткой, я всерьез думала о том, чтобы стать системным семейным психологом или гештальт-терапевтом или уйти в психодраму. Про арт-терапию я как-то даже и не особенно вспоминала. Но ближе к концу почему-то стал все чаще всплывать в памяти тот кухонный разговор, и, задвинув все остальные планы и даже испытав при этом некоторое облегчение, я пришла сюда.

А теперь немного другая история.

У меня в детстве была мечта. Как и у всякого, наверное, ребенка, это была такая глобальная мечта – мне все хотелось уметь делать хорошо, даже лучше всех – петь, танцевать, рисовать, играть. И, естественно, быть самой красивой. Но время шло, и приходилось признаваться себе, сравнивая себя с окружающими, что и голоса у меня нет, и с танцами как-то не очень получается, и рисуют многие другие лучше меня. Но рисовать хотелось очень. Я перерисовывала и копировала картинки из книг, раскрашивала их, говорила иногда, что это я сама нарисовала.

Помню, к нам классе в третьем пришла студентка – практикантка. Часть нашего класса очень подружилась с ней, и мы даже ходили к ней домой. Там она показала нам свои рисунки – когда-то она занималась в художественной школе и с тех времен хранила работы. Представьте, что я выпросила ее, просто вымолила отдать мне навсегда эти работы. И она – отдала. Видно, что-то такое тогда читалось в моих глазах…

Это стало моим бесценным сокровищем. Я часами перерисовывала их на окне и раскрашивала и представляла, что это я сама их нарисовала. У меня даже была игра под названием «рисование», но среди моих друзей популярностью она не пользовалась. Я до сих пор помню многие из ее рисунков, хотя с ними пришлось расстаться во время очередного переезда.

Так, наверное, и закончилась бы эта мечта, если бы не случай.

Однажды пришло по электронной почте письмо с приглашением принять участие в неких занятиях. В общем, там за два дна гарантированно всех учили рисовать. Я позвонила, поговорила, люди на том конце показались мне вполне адекватными и разумными, и я записалась.

Это были незабываемые ощущения. Все сбылось. Мы рисовали сразу кисточками красками, сразу небольшие картинки, а не отдельные детали, рисовали много и вдохновенно, сидя за столом или на полу, перепачканные с ног до головы. Можно сказать, что учения как такового не было. Ведущий не говорил, как правильно рисовать. Он рисовал сам, а мы все смотрели и повторяли за ним. Нам ни разу не сказали, как надо правильно, а только все время повторяли, что у каждого своя манера, и каждый видит мир по-своему и нет хорошо и плохо.

После занятий я ехала домой и позволяла себе чувствовать себя художником. Я не преувеличиваю, но я видела мир и краски по-другому – я видела, где синий становится фиолетовым, и уже знала, как эту грань передать краской; я видела, каким цветом сияет блик на луже, или тень на листе. Было такое ощущение, как будто был сильно заложен нос, и вдруг его отложило и стало возможно вдыхать полной грудью свежий весенний воздух. Я ощущала себя действительно художником, приобщенной к тайному знанию.

На тренинге было много упражнений на снятие стереотипов, развитие воображения и креативности. Но гораздо более важным для меня оказалось осознание того, что чтобы творить и выражать себя, совсем не обязательно уметь это делать академически правильно. Гораздо важнее отпустить на свободу своего творческого внутреннего маленького ребенка и дать ему нарадоваться вволю. Сначала эти ощущения окрыляли меня, я и радовалась как маленький ребенок, который вдруг научился сам стоять или ходить, сам залезать на диван. Было интересно переживать оставленные в глубоком детстве те ощущения, когда «Я – САМА!»

Другое открытие для меня заключалось вот в чем. Раньше, когда мне вдруг хотелось нарисовать что-нибудь, то я не знала, а что именно изобразить. Я искала какие-то другие картины, которые можно было бы срисовать. После этого я испытывала чувства вины от такого плагиата чувство неудовлетворенности собой. А теперь я точно знаю, что нарисовать можно все что угодно – от одной ягодки смородины, до целого полотна со сложной композицией и сюжетом. Сейчас идеи того, что можно нарисовать бегут впереди возможности их воплощения. Просто не хватает времени, что бы запечатлеть все, что хотелось бы. Так у меня образовался целый архив из фотографий, клочков бумаги, набросков, которые я потом использую в своих картинах. Я даже не стесняюсь заимствовать сюжеты у Моне, Ренуара и других великих художников прошлого и современности.

Занятия позволили мне снять некоторые стереотипы, такие, как, например, что художник должен рисовать обязательно из головы. Но художники всегда рисовали с натуры, соединяя только элементы из разных сюжетов. С появлением фотоаппарата многие из них не брезговали пользоваться им, а потом уже рисовать с фотографии.

Потом вскрылся какой-то боле глубокий слой, связанный с погружением в себя и близкий медитативному состоянию. Мне и до этого нравилось какое-нибудь кропотливое занятие, вроде собирание пазла из 5000 деталей, вышивания. И в рисовании тоже меня все более увлекает сам процесс нарисования какой-нибудь одной складки на одежде, оттенка зелени на лугу или отражения облаков на воде. Это такое погружение, которое дает возможность прикоснуться к чему-то глубокому внутри себя, когда кажется, что время замирает вокруг, когда я сама становлюсь той травинкой, штрихом, тенью, которую выписывает моя кисть.

Глядя потом на свои работы, я часто удивляюсь и недоумеваю – мне кажется, что я не рисовала вот именно таких линий, теней или бликов. Я просто клала один мазок так, а другой вот так. Но в конце, все эти мазки, линии и черточки вдруг складываются в единую мозаику и образовывают целостную работу. Мне иногда даже кажется, что картины как бы сами себя тайно дорисовали и подправили. Как если бы сотворили сами себя.

Я до сих пор испытываю благоговейный ужас перед началом работы. Имея какую-то задумку, я со страхом снова и снова осознаю, что я ведь на самом деле не умею рисовать, я не училась в художественной школе, не рисовала по 50 набросков в день, мне не ставили руку. А потом сам процесс работы настолько захватывает, что эти «знания» про себя становятся неважными. В конце концов, мне не экзамены сдавать. Зато когда картина завершена, я испытываю гордость оттого, что это сделала я. И до сих пор не понимаю, как у меня это получается. Ведь я-то знаю, что я рисовать не умею.

Рисование стало по-настоящему моим увлечением и отдушиной.

Я как-то раньше переживала по поводу того, что у меня нет хобби. Вроде как в нашем детстве так было принято, что у всех настоящих пионеров должно быть хобби, а у меня его не было. Я оправдывала это тем, что времени не хватает, что вообще глупое это занятие – марки собирать! Хотя были у меня коллекции мыла и разных бумажных салфеток. А теперь мне так совсем не кажется. Просто увлечение чем угодно должно быть не призвано извне по желанию, а должно вырасти изнутри человека. Что б оно было действительно его.

Хотя времени действительно не хватает и приходится иногда чем-то жертвовать, но у меня есть то, что принадлежит только мне, не имея отношения к семье, работе, другим каким-то делам и обязанностям.

Я очень рада, что мне удалось приобщить к рисованию младшего сына Данилку. Ему четыре года и он вовсю орудует кисточками и красками.

Надо очень чутко относится к творчеству своих детей. Маленький ребенок он и есть маленький и ему не надо, как взрослому регрессировать до детского состояния.

Поэтому не надо помогать ему рисовать, показывать, как изобразить собачку или кису. Не надо вообще вмешиваться в этот процесс. Лучше выдать бумагу, краски, кисточки, а если руки сами будут тянуться показать, как «правильно», бить их безжалостно. Ребенок, в отличие от взрослого, не заморачивается такими мелочами. Для него главное, чтобы ему это нравилось. Пусть рисует черенками от кисточек, пусть кладет толстые слои краски, лезет в нее руками. Самое важное – это дать ему возможность получить удовольствие от самого процесса.

Мы с Данилой заключили договор – он не рисует на моем холсте, а я – на его. Я вообще предпочитаю не смотреть, что он творит, пока он не скажет, что уже на сегодня закончил. Вот тогда это становится открытием. В его работах, само собой, нет представлений о правильном и должном. Ему нет дела до того, что, может, краски как-то не так наляпаны, что слишком много того или иного цвета, или что вся картина вообще закрашена одним цветом или наоборот, осталось много не закрашенных участков. Главное, что сам процесс приносит удовольствие.

Я стараюсь иногда смотреть на своего ребенка глазами не только мамы, по возможности абстрагируясь от родственных связей. Но меня все равно восхищают названия, которые он дает своим картинам. – «Красная улица», «Музыка звезд – Аленький цветочек», «После дождя», «Разноцветное море». У меня, например, с названиями все время трудности. Мои все картины названы по принципу, что вижу – то пою. Не та уже креативность, эх! не та.

Еще очень интересно наблюдать за процессом развития своего сына на примере его картин. Естественно, что в разном настроении он использует разные цветовые сочетания. Но общая тенденция такова, что если раньше в целом преобладали черно-коричнево-красные тона, то теперь его картины больше похожи на сочную радугу и искрятся саамами разными переливами и оттенками.

Кстати, именно рисунки и другие приемы арт-терапии нам помогли справиться с некоторыми его страхами. Был период, когда он стал бояться звуков от соседей, лифта, избегал один ходить по квартире и оставаться в комнате. Выяснилось, что он боится неких монстров. Нужно было что-то незамедлительно предпринимать.

Я решила начать с самых простых, но очень действенных способов борьбы со страхами. Сначала мы прошли по всему дому, и сами попугали этих монстров. С шутками и смехом мы рычали, как тигры, на каждый угол, поворот и закуток, где могли притаиться страшилища. После такой процедуры сын стал иногда в одиночку перемещаться по комнатам, периодически порыкивая направо и налево. Потом я ему рассказала, что все монстры очень боятся песен. Поэтому, если тебе кажется, что где-то рядом притаились монстры, то надо громко петь и они разбегутся. Было и забавно и очень трогательно слышать доносящиеся из его комнаты громкие песни – малыш старательно боролся со своим страхом и по всему твердо намеревался одержать победу. Но чтобы не просто распугать монстров, а побороть их окончательно мы сделали вот что. Я выдала Дане бумагу, краски, кисточки и попросила нарисовать того или тех, кого он так боится. Сын воспринял задание с энтузиазмом, с удовольствием нарисовал нечто разноцветное (вполне симпатичное, на мой взгляд) и сказал, что вот они два монстра, которые его пугают. Потом я усадила его к себе на колени, лицом к себе глаза в глаза и попросила рассказать, чем так страшны эти монстры, как они его пугают, как они выглядят. Сынишка с взахлеб все это описывал. Дальше мы развели на балконе в кастрюльке костерок, он сам сжег бумажки с рисунками, после чего мы их долго топили – поливали из брызгалки для цветов, пока пепел не стал серой кашей, а в довершение всего утопили в унитазе. Со всей уверенностью я ему объявила, что из унитаза еще ни один монстр не смог вернуться и вопрос с ними решенный.

Через день сын попросил еще раз сжечь монстров, так как оказалось, что некоторые вернулись обратно. Хотя мне лично кажется, что ему просто очень понравилось самому поджигать бумагу и заливать ее водой.

А окончательно нам помог, как ни странно, мультфильм «Корпорация монстров», где он смог вдруг увидеть, что монстры могут быть смешными, трогательными и крепко дружить с детьми.

Вернусь к занятиям рисованием. На сегодняшний день апофеозом моих занятий рисованием стало мое участие в выставке в Политехническом музее. Конечно, мы сами оплатили аренду, выпуск каталогов, сами приглашаем к себе гостей. Но сам факт, что мои творения будут выставляться в музее – меня это сильно вдохновляет. Я смогла, я сделала это. Для меня это сродни тому, как если бы меня послали в космос.

Я, как и мой сын, стараюсь в первую очередь получить удовольствие от самого процесса. Мне очень нравится наносить один цвет на другой сразу на полотне, я мало пользуюсь палитрой для смешивания цветов. Мне нравится делать это прямо на картине. Из двух цветов получается третий, потом из него вырастает четвертый, пятый оттенок, с переходами теней и света. Далее можно все это «покрыть» туманом или дымкой. Присутствует во всем этом для меня какая-то медитация, отстраненность от каждодневной суеты, мелких дел. Это та норка, где можно переждать бури и подправить себя.

Я не претендую на то, что бы считаться художником. Но я в полной мере ощущаю себя именно художником, творцом. И я бываю очень рада, если мои работы нравятся другим, и с радостью делюсь ими.

Ну вот, так все описала, что опять появился зуд все бросить и пойти достать кисти, разложить краски, тряпочки…

Наверное, я сейчас именно так и поступлю.








Об авторе статьи

`
Арутюнян Анна Юрьевна

Рейтинг психолога: 10 10

Арутюнян Анна Юрьевна

Психоаналитик, арт-терапевт, Преподаватель Московской школы практической психологии (МИП), член Европейской конфедерации психоаналитической психотерапии
Город: Москва
  •   Бизнес и карьера
  •   Внешность
  •   Депрессия
  •   Дети
  •   Зависимости
  •   Здоровье
  •   Кризисы и травмы
  •   Личность
  •   Отношения
  •   Семья


Ярослав |
Вообще ни о чем
Елена |
Анна, а где ТАК учат рисовать всех? Давняя мечта. В детстве очень хорошо срисовывала и считала, что Бог не дал таланта рисовать самой. Потому что когда пробовала рисовать что-то сама, особенно с натуры, результаты не вдохновляли. А так хочется!

Добавить новый Комментарий


Психолог Коновалов Андрей Евгеньевич
Консультация по Skype

Коновалов Андрей

Психолог, клинический психолог, психотерапевт, провожу индивидуальные консультации и...
Психолог Арутюнян Анна Юрьевна
Консультация по Skype

Арутюнян Анна

Психоаналитик, арт-терапевт, Преподаватель Московской школы практической психологии...
Психолог Рудиченко Ирина Николаевна
Консультация по Skype

Рудиченко Ирина

Консультант-психолог
Психолог Радова Антонина Николаевна

Радова Антонина

Дипломированный психолог в кризисных и экстремальных ситуациях. Сертифицированный...




Вход для психологов

Забыли ID или пароль?

Вход для психологов

Забыли ID или пароль?

🔍