Психологический навигатор
Коронавирус. Горячая линия психологов.
Вход для психологов | Регистрация


Выбрать психолога

Выберите город
Без сортировки
По цене приёма
По рейтингу
По ФИО психолога


Психотерапия и сексуальная ориентация в отсутствии ориентиров



Крошка-сын к отцу пришел, и спросила кроха: - Что такое хорошо и что такое плохо?

У меня секретов нет, - слушайте детишки, -

папы этого ответ помещаю в книжке
.

В.В. Маяковский

Как легко и изящно разрешил все сомнения своего крошки-сына, а заодно и миллионов детей бывшего Советского Союза папа из знаменитого произведения В.В. Маяковского, первое четверостишье которого, вынесено в эпиграф. Что мог почерпнуть из этого общения с папой малыш, кроме четких и внятных различий добра и зла? Прежде всего опыт того, что ПАПА ЗНАЕТ, и не ведает сомнений! Давайте пофантазируем теперь о том, какой разговор мог бы состояться между ними десять лет спустя, если бы, например, тот же сын, но уже совсем не кроха, пришел бы к папе обсудить вопрос, например, сомнений по поводу своей сексуальной ориентации? Становится немного страшно…за обоих…

Однако, я вряд ли бы так остро озаботилась дальнейшей судьбой этих двух литературных персонажей, если бы тема не имела своего развития в сфере моей профессиональной деятельности. Ведь, когда человек приходит на прием к психотерапевту, он приносит с собой не только свои проблемы и надежды на получение помощи, но также и свои фантазии по поводу того, чем и как мог бы помочь специалист. Кто-то думает, что психотерапевт – это врач, к которому достаточно принести свое тело вместе с проблемой, а он уже дальше сам по симптомам поставит диагноз и назначит лечение. А кто-то ищет мудрого наставника, который знает ответы на все вопросы. Вариантов много, но в большинстве своем предполагается, что в принципе существует «правильное» решение, и что психотерапевт владеет этим «секретом», как тот самый «папа», живущий в детстве каждого из нас. Пафос ситуации состоит в том, что психотерапевт и в самом деле имеет какие-то свои человеческие установки, убеждения и предпочтения относительно того, «что такое хорошо и что такое плохо». И они в любом случае, сознательно или бессознательно транслируются пациенту в процессе терапии. Нужно ли и можно ли этого избежать? А если нужно, то, как этого добиться? И что можно предложить человеку в ответ на его ожидания, вместо готовых ответов? А если проблема заявлена в плоскости сексуальной ориентации и половой идентичности, то, что вообще может выступать в качестве адекватной цели психотерапии?

Психоаналитик Стивен А. Митчелл в статье «Пол и сексуальная ориентация в эпоху постмодернизма: затруднения недоумевающего клинициста» глубоко и интересно исследует эту тему. Он описывает клиническую работу с пациентом, которая помогла ему сформулировать свой подход к этим вопросам. К нему обратился молодой человек по имени Джеймс, который жаловался на сильную тревогу в связи с тем, что у него были сомнения по поводу его сексуальной ориентации. Неудачный опыт сексуальных контактов с женщинами, привел к тому, что он стал избегать этих контактов и в принципе бояться женщин.

В то же время он чувствовал, что его все больше привлекают мужчины. Это обстоятельство внушало ему сильное беспокойство. Перспектива дальнейшей жизни в обществе в случае, если он окажется геем представлялась ужасающей. Джеймс ожидал, что психотерапия поможет ему наладить полноценные сексуальные отношения с женщинами с тем, чтобы он мог жить нормативной семейной жизнью, иметь детей и репутацию добропорядочного гражданина. Митчелл попал в затруднительное положение. С одной стороны, у Джеймса действительно присутствовала эротическая реакция на женщин, и может быть стоило работать над тем, чтобы ее как-то стимулировать и развивать. Это, по сути, означало бы, что терапевт сделал свой выбор в пользу гетеросексуальности, по факту совпадающий с запросом пациента. Но движение по этому пути могло бы закрыть для Джеймса возможность ярких сексуальных переживаний, поскольку в этом случае, игнорировался бы тот факт, что на протяжении всей жизни он испытывал острое сексуальное влечение к мужчинам.

Рассуждая таким образом, Митчелл столкнулся с необходимостью принимать решение касательно жизненных приоритетов своего пациента, как если бы он мог это знать. Как если бы…Этот момент оказался ключевым и поворотным в размышлениях Митчелла! Он решается на то, что бы признать, что ни он, ни сам Джеймс не знают и не могут знать какова на самом деле его сексуальная идентичность! Это позволило ему выйти из тупика и увидеть проблему совершенно иначе. Вместо того, чтобы углубляться дальше в содержание проблемы, терапевт смещает фокус внимания и задается вопросом о том, какую роль в жизни пациента играет само наличие этой проблемы. Он пишет: «Я переформулировал проблему от вопроса, каким путем он хочет двигаться, к вопросу, хочет ли он двигаться вообще». И далее он выдвигает неожиданную гипотезу о том, что сама эта «неясность» является чем-то, что организует определенным образом вокруг себя всю жизнь Джеймса. Получалось, что, выбирая между гетеросексуальностью и гомосексуальностью, тот, по сути уже сделал свой выбор в пользу… асексуальности! Но сделал его неосознанно, а значит теперь, у Джеймса появляется шанс сделать другой, осознанный выбор. Он почувствовал, что хочет исследовать эти возможности. Ему удалось установить удовлетворительные отношения с женщинами, убедиться, что он способен функционировать в качестве гетеросексуального партнера. Но эротический интерес к мужчинам сохранялся. И тогда Джеймс позволил себе опыт гомосексуальных отношений. В этих отношениях он испытал несравнимо более сильные переживания любви, удовлетворения и внутренней гармонии. Теперь, уже убедившись в том, что он способен на удовлетворительные сексуальные отношения с женщинами, Джеймс, мог позволить себе сделать выбор в пользу гомосексуальности, «основанный не на страхах и неспособности, а на собственном предпочтении».

Все вышесказанное вовсе не означает, что тот способ самоисследования, которым пошел Джеймс, подходит всем пациентам, и Митчелл подчеркивает, что такой вывод был бы неверным. Самое главное, отмечает он, что удалось избежать ситуации, когда бы в процессе терапии «абстракции и верования занимали место опыта». Он пишет: «Наиболее полезным для Джеймса было исследование его конфликтов без предположения, что мы знаем те вещи, которых знать не можем».

Таким образом, задача психотерапевта состоит, прежде всего, в том, чтобы, помочь пациенту осуществить осознанно его личные выборы. Для этого необходимо мужественно занять позицию «незнания». Такая позиция способна до некоторой степени разочаровать пациента в его ожиданиях, однако, только она, на мой взгляд, имеет право претендовать на доверие и к процессу терапии и к ее результату…

Кстати, тоже самое можно было бы порекомендовать и тому «папе», из стихотворения В.В Маяковского, если бы ему, и впрямь пришлось отвечать на непростые вопросы подросшего крошки-сына.

Елена Кадырова, www.heleka.ru

Все авторские права на данный текст защищены и принадлежат автору – Кадыровой Елене. Любое коммерческое и иное использование текстов, копирование и перепечатка без согласия автора запрещено. Если вы используете идеи или материалы статей, вы должны обязательно указывать автора.

© Copyright by Elena Kadyrova, 2011






Об авторе статьи

`
Кадырова Елена Гаррьевна

Рейтинг психолога: 3 3

Кадырова Елена Гаррьевна

Клинический психолог, психоаналитический терапевт
Город: Москва
  •   Отношения
  •   Личность
  •   Здоровье
  •   Бизнес и карьера
  •   Внешность
  •   Вопросы психологии
  •   Депрессия
  •   Зависимости
  •   Кризисы и травмы
  •   Секс


Добавить новый Комментарий


Психолог Коновалов Андрей Евгеньевич
Консультация по Skype

Коновалов Андрей

Психолог, клинический психолог, психотерапевт,...
Психолог Арутюнян Анна Юрьевна
Консультация по Skype

Арутюнян Анна

Психоаналитик, арт-терапевт, Преподаватель...
Психолог Мельник Инна Викторовна
Консультация по Skype

Мельник Инна

Практикующий психолог психоаналитической...
Психолог Харламов Алексей Сергеевич
Консультация по Skype

Харламов Алексей

Сертифицированный логотерапевт и...




Забыли ID или пароль?

Забыли ID или пароль?

🔍