Психологический навигатор
Псикологическая помощь. Консультация по Скайп. Лучшие профессиональные психологи. Профессиональные психологи в городе $g_town.
Вход | Регистрация


Психологическая помощь
Выберите город
Без сортировки
По цене приёма
По рейтингу
По ФИО психолога


Психотерапия как «ловушка» близости



Психоаналитическая психотерапия, являясь долгосрочным методом психологической помощи, выходит далеко и глубоко за рамки той проблемы, с которой человек может за ней обратиться. В моей практике наиболее часто мне приходилось сталкиваться с тем, что пациенты приходили с конкретными проблемами, которые, по сути, предполагали долгосрочный запрос. Например, с жалобами на физическое здоровье, которым не находились подтверждения объективными медицинскими обследованиями; с желанием повысить свою самооценку и стать менее зависимыми от одобрения окружающих; с намерением построить долгосрочные любовные отношения. Лишь малая доля пациентов сразу предъявляли понимание, что решение заявленных проблем может потребовать достаточно продолжительной психотерапевтической работы, поскольку они имеют длительную и драматичную историю своего формирования, начавшуюся в раннем детстве. Большая часть клиентов имеет ожидание, что психолог или психотерапевт точно знает, как решаются их проблемы, у него имеется система упражнений и техник для этого, и курс лечения предполагает четко определенные сроки. Подобные представления становятся понятными, исходя из детского желания простоты и прозрачности себя, окружающих и мира в целом, в котором все надежно и последовательно, а родитель определяет твою беззаботную жизнь и может творить волшебство. У взрослых такая фантазия может трансформироваться в рациональные установки, алгоритмы и схемы, которые позволяют им сохранять чувство предсказуемости мира и возможность его контролировать. Но даже те пациенты, которые готовы к долгосрочной внутренней работе и разделяют с терапевтом ответственность за результаты психотерапевтического лечения, неизбежно открывают в себе всю ту же фантазию о могущественной, спасающей фигуре, которая может сотворить настоящее волшебство в их жизни.

Это столкновение с детскими фантазмами я и называю «ловушкой» близости. Молчаливая, нейтральная, поддерживающая позиция терапевта, который очень бережно обращается с чувствами пациента, выступая для них безопасным контейнером, способствует формированию уникальной ситуации интимного разговора и разворачивает проективное пространство внутреннего мира пациента. И вот на этой внутренней сцене выступает идеальная, могущественная, любящая и принимающая фигура, которая персонализируется в терапевте. Сердце наполняется такой бесконечной любовью, и кажется, что тебя отогревают, размораживают, тебе раскрывают объятия, в которых можно укрыться, утешиться, спрятаться, почувствовать себя защищенным и нужным. Появляется кто-то, кто вылечит все твои раны и позаботится о тебе. Вот уже все слова горечи и боли готовы сорваться с языка, но останавливаются на самом кончике. Слова, такие сокровенные и желающие быть услышанными, застревают раскаленным комом в горле, а вместо них вырываются молчаливые слезы. Или совсем не те слова. Кажется, ну, вот в следующий раз я обязательно все расскажу, но все повторяется снова, что, в конечном итоге, оставляет чувство тающей надежды и погружает в состояние глубокого, пронзительного одиночества. Актуализирующее базовое чувство недоверия и страх быть отвергнутым и покинутым идеальным объектом любви затрудняет продвижение к близкому контакту.

Сознательная фантазия об идеальной близости с терапевтом, конечно, возникает в процессе психотерапии не всегда. Это во многом зависит от того, какой опыт близких отношений имел пациент в прошлом, как он воспринимал людей, осуществляющих заботу о нем в детстве. Но ситуация интимного разговора и развертывающегося проективного поля создает условия для близости с самим собой и своими внутренними образами значимых людей. И встречи с самим собой оказываются очень сложными и болезненными, оживляющими старые раны и, казалось бы, давно забытые, уничтоженные или изолированные чувства.

Чувство одиночества становится таким сильным в связи с переживанием невозможности свершиться фантазии об идеальном контакте с терапевтом, хотя он все такой же сопереживающий, внимательный и надежный. Хотя он все так же рядом. И тогда он начинает ускользать как идеальный объект, а на арене внутреннего мира пациента, в психотерапевтическом пространстве, проступает новая фигура, не менее могущественная, но холодная, отвергающая, покидающая, недоступная, вызывающая чувство отчаяния и ярости и вынуждающая разрушать контакт с терапевтом. Актуализации этого образа особенно способствуют естественные в процессе терапии перерывы в работе в связи с отъездами и отпусками терапевта.

Почувствовать ненависть к терапевту оказывается гораздо сложнее, чем любовь, хотя и это во многом зависит от структурных особенностей внутренних образов пациента. Мелани Кляйн говорила бы о соотношении способности к благодарности и чувства зависти пациента, Отто Кернберг – о той степени, в которой пациенту удалось интегрировать агрессию в отношения любви. В целом же при отсутствии у пациентов глубокой патологии отношений любви, в терапевтическом пространстве они стремятся изо всех сил сохранить идеализированный образ принимающего спасителя и отсекают гнев, воспринимающийся как чрезмерно токсичный для такого ценного контакта.

Но в терапии рано или поздно все равно наступает момент, когда могущественная отвергающая фигура, «плохой» объект из внутреннего мира пациента, прорывается в поле контакта, и тогда появляется место для интенсивной ненависти, жгучего разочарования и самых жестких слов. Но терапевт все равно рядом, терпеливый и понимающий, готовый контейниировать не только тревогу и боль, но и гнев.

Терапевтическое пространство как сцена для внутреннего театра пациента вмещает в себя эти могущественные фигуры, «плохие» и «хорошие», которые сменяют друг друга, пока не смогут воссоединиться и трансформироваться в кого-то реалистичного, доступного и переносимого для пациента. Пациент, пойманный в «ловушку» близости, получит возможность переживать близость не как удушающую тюрьму, но как ресурсные и уютные отношения, согревающие спокойным и таким надежным теплом.

 






Об авторе статьи

`
Чебакова Юлия Владимировна

Рейтинг психолога: 7 7

Чебакова Юлия Владимировна

Индивидуальная психоаналитическая психотерапия, психологическое и сексологическое консультирование индивидуально и в парах
Город: Москва Стоимость приема: 3000 рублей
  •   Депрессия
  •   Кризисы и травмы
  •   Личность
  •   Отношения
  •   Секс
  •   Семья
  •   Чувства и эмоции


Добавить новый Комментарий


Психолог Журавель Сергей Иванович
Консультация по Skype

Журавель Сергей

Дипломированный психолог-консультант
Психолог Каракаптан Юрий Витальевич
Консультация по Skype

Каракаптан Юрий

Психотерапевт, работаю в направлении когнитивно - поведенческой терапии.(КПТ)
Психолог Артюхова Мария Андреевна

Артюхова Мария

Клинический психолог, психолог-консультант. Применяю в работе методы транзактного...
Психолог Сибирева Ирина Яковлевна

Сибирева Ирина

Психолог-консультант, работаю онлайн, только со взрослыми
Психолог Клячин Кирилл Александрович
Консультация по Skype

Клячин Кирилл

Психология - это прежде всего внутренний мир человека, его чувства, эмоции. Когда мы...
Психолог Коновалов Андрей Евгеньевич
Консультация по Skype

Коновалов Андрей

Психолог, клинический психолог, психотерапевт, провожу индивидуальные консультации и...
Психолог Мустафин Руслан

Мустафин Руслан

Психолог гуманистической направленности. Индивидуальное консультирование взрослых.




Вход для психологов

Забыли ID или пароль?

Забыли ID или пароль?

🔍