Психологический
навигатор
Коронавирус. Горячая линия психологов.
Вход для психологов | Регистрация


Выбрать психолога

Выберите город
Без сортировки
По цене приёма
По рейтингу
По ФИО психолога


Трудности перевода: несколько слов о проблемах коммуникации в семье



Часто в сердцах мы произносим: “как он не понимает, что я хочу совершенно не этого!”, или “ей совершенно бесполезно что-то объяснять!”, или “когда я затрагиваю эту тему, он просто поворачивается и уходит”, или “раньше мне казалось, что мы друг друга понимаем, а теперь живем как совершенно чужие люди”.

Как научится говорить так, чтобы тебя слышали и понимали, и слушать так, чтобы другому хотелось говорить?

Сначала чуть-чуть теории.

Под коммуникацией (вслед за П. Вацлавиком) мы будем понимать поведение двух человек в ситуации взаимодействия. Поскольку человек всегда себя как-то ведет, и нет ничего противоположного поведению, коммуникация есть всегда. То есть ее невозможно избежать.

Коммуникация состоит из определенной последовательности действий: отправитель передает сообщение адресату, тот его получает, распознает, и как-то на него реагирует, передавая ответное сообщение отправителю. В этот момент участники коммуникации меняются ролями. Коммуникация считается успешной, если полученное сообщение соответствует отправленному, и если участники коммуникации ею удовлетворены.

Важно отметить, что сообщение отнюдь не эквивалентно тем словам, которые произносит отправитель.

Каждое сообщение имеет два уровня: вербальный, то есть, собственно, слова, которые мы говорим, и невербальный – это тембр голоса, интонация, поза, жест, которыми мы эти слова сопровождаем. Невербальная составляющая содержит информацию о том, как человек воспринимает собеседника, а также о том, как он хочет, чтобы воспринимали его, и считывается собеседником на уровне подсознания.

Сбои в коммуникации начинаются уже в момент передачи сообщения. Просто потому, что мы часто испытываем одновременно противоположные чувства и желания, плохо их осознаем, еще хуже их формулируем. Словами мы можем говорить одно, а наше тело может выражать совершенно другое. Часто мы стараемся “сделать хорошую мину при плохой игре”, но истинные чувства и желания скрыть очень трудно.

Пара примеров.

Муж звонит супруге и сообщает ей, что после после работы собирается пойти с друзьями выпить пива. Жена в это время сидит дома с маленьким ребенком. Умом она понимает, что мужа нужно отпустить, но в душе очень хочет, чтобы он провел вечер дома. “Да, конечно, дорогой, иди, ведь ты давно собирался встретиться с друзьями” – произносит она, но тон ее голоса выдает напряжение и обиду. Муж, скорее всего не пропустит встречу – ведь ” с таможней” договорился – тем не менее, у обоих останется неприятный осадок – у мужа чувство вины, а у жены чувство покинутости.

Или: муж после тяжелого дня приходит с работы. Он устал, плохо выглядит. Молча раздевается, уходит в комнату и садится за компьютер. На вопрос жены: ” у тебя что-то случилось?” отвечает сквозь зубы “нет, все в порядке”. Можно предположить, что в этом случае жена, вероятнее всего, подумает, что муж за что-то на нее обиделся, и будет искать, что она сделала не так, или, не чувствуя за собой вины, начнет на него злиться, или решит, что у него неприятности на работе, о которых он не хочет говорить. В любом случае, в этот момент может возникнуть напряжение.

В этих примерах размолвку можно было бы предотвратить, если бы супруги осознали свои чувства и свое состояние, и смогли бы с любовью к другому их выразить. В первом случае жене лучше было сказать, например, так: “Да, дорогой, конечно, иди, но мне будет без тебя грустно. Я хотела провести этот вечер с тобой”. Во втором, мужу стоило сказать: “Знаешь, милая, я ужасно устал, и мне хочется побыть одному. Давай чуть попозже мы вместе поужинаем”.

Человек, который принимает сообщение, воспринимает его на обоих уровнях – вербальном и невербальном. Если вербальная и невербальная части сообщения противоречат друг другу, то принимающий сообщение оказывается в затруднительном положении – он не знает на какую часть реагировать. Психологи несоответствие между вербальной и невербальной частями сообщения называют “двойным посланием”. “Двойное послание” особенно губительно для психики ребенка, если родители часто используют его в общении с ним.

Важно отметить, что для адресата ОЧЕНЬ БОЛЬШОЕ ЗНАЧЕНИЕ имеет невербальная составляющая послания, потому что именно в ней содержится информация о том, как к нему относится отправитель. Поэтому отправитель должен внимательно следить за тем, КАК он говорит. Чтобы быть услышанным, ему нужно учиться “видеть себя со стороны” и уметь корректировать свой стиль общения.

Тот, кто получает сообщение, должен следить за тем, правильно ли он понял то, что ему хотели сказать. Ведь многие из нас любят “додумывать” за другого, и зачастую мы придаем словам собеседника совсем не тот смысл, нежели он в них вкладывает. (Как в известном анекдоте: “Ах я лгу, значит я брешу, значит я собака – маааам, он меня сукой обозвал!”)

Если меня что-то задевает в словах моего мужа, то я стараюсь об этом ему сказать, но без упреков, а выражая это, например, в такой форме “когда ты так говоришь, мне кажется, что ты …”, или “в твоих словах я услышала…”. Эта форма содержит сомнение: “правильно ли я тебя поняла?” и признание: “я могла понять тебя неправильно”, а не обиду и обвинения. И тогда в ответ на мои слова мой муж не занимает “круговую оборону”, как человек, которого несправедливо обвиняют, а старается объяснить, что он имел в виду.

В любом общении очень важен контекст: что происходило с его участниками до момента общения, их самочувствие, а также время и место общения.

Например, жена отказала мужу в сексуальной близости. Он может “уйти в обидки” и припомнить ей это когда-нибудь потом – а может сообразить, что дело не в том, что жена стала его меньше любить, а в том, что их ребенок болеет, она всю прошлую ночь провела около него, давала микстуру и сбивала температуру, и сегодня она совсем без сил.

Есть и более глубокий контекст: чаще всего мы выражаем различные чувства – восторг, гнев, нежность, обиду, заботу, злость, любовь – так, как это было принято в нашей родительской семье. И то, что в одной семье воспринималось как норма поведения, в другой может быть совсем не принято.

Отец одной моей знакомой был чрезвычайно галантен – он всегда дарил ее маме на день рождения огромный букет цветов, подавал руку, когда она выходила из автобуса, встречал на остановке, когда она поздно возвращалась с работы. В семье ее мужа было восемь человек детей, отец работал без выходных, чтобы всех прокормить. Муж, как и его отец, много работает, в свободное время занимается с детьми, помогает по дому. Однако, моя знакомая все двадцать пять лет совместной жизни обижается на то, что ее муж никак не может запомнить дату ее дня рождения, и ни разу не подарил ей ни цветочка. И ей трудно увидеть, что он проявляет свою любовь и заботу другим способом.

Любая продолжительная коммуникация носит круговой характер. Взаимоотношения участников зависят в равной мере и от сообщения, и от реакции на него адресата. Поэтому в случае затяжного конфликта нужно вовремя вспомнить, что оба участника вносят одинаковый вклад в его развитие. И тот, и другой в равной мере вносят свою лепту в “эскалацию напряженности”, но проблема как раз в том, что каждый из них по-разному определяет начало последовательности конфликтных взаимодействий.

Например, жена “пилит” мужа за то, что он ей не помогает по дому. А муж утверждает, что от ее постоянных “наездов” у него опускаются руки и ему ничего не хочется делать. В этом случае совершенно бесполезно искать, “кто первый начал”. Нужно просто разорвать этот “порочный круг” – признать, что неправы оба, и начать все с начала: обсудить, без претензий и упреков, что каждый из партнеров хотел бы от другого, и – это важно! – что сам готов в ответ предложить. И постараться найти компромисс, золотую середину.

Никакую коммуникацию невозможно прояснить до конца. Но все-таки стоит к этому стремиться.

Мы очень хотим быть понятыми – но при этом делаем все, чтобы пропало всякое желание стараться нас понять:

• не делимся тем, что наболело: молчим в ответ на вопрос: “что с тобой случилось?” – в надежде, что партнер догадается сам;

• не формулируем конкретные просьбы: например, вместо того, чтобы сказать: “давай устроим романтический ужин!” – говорим “сделай мне что-нибудь приятное!” – и обижаемся, когда в ответ на эту просьбу нам дарят пылесос;

• вместо поиска компромисса или альтернативного решение предпочитаем сразу переходить к обвинениям: например, вместо того, чтобы спросить: “дорогой, ты сам повесишь эту полку, или мы вызовем мастера?” – говорим: “ты никогда ничего не делаешь по дому, все всегда приходится решать самой!”, если супруг отказывается вешать полку прямо сейчас;

• не выбираем время и место, когда лучше провести важный разговор: например, вместо того, чтобы сказать: “нам нужно обсудить, в какую школу будем отдавать ребенка. Я кое-что присмотрела. Когда тебе удобно на эту тему поговорить?” – “с места в карьер” вываливаем на пришедшего с работы мужа все, что накопилось за день, все свои мысли, чувства, и соображения.

Мы очень хотим понять любимого человека, но совершаем для этого очень странные действия:

• пристаем к подруге со словами: “объясни мне пожалуйста, почему мой муж так поступает?” – вместо того, чтобы спросить об этом его самого;

• пытаемся “залезть к нему в голову”, стараясь, например, угадать причины его плохого (или, наоборот, слишком хорошего), на наш взгляд, настроения, предполагая, разумеется, худшее – вместо того, чтобы сказать что-нибудь типа: “мне кажется, что ты сегодня не такой, как обычно – я теряюсь в догадках”;

• согласно киваем в ответ на фразу: “Ну в общем, ты понимаешь,…”, и мысленно ее продолжаем, а потом выясняется, что подразумевалось совершенно другое – вместо того, чтобы переспросить: “Я правильно поняла, что ты хочешь … (нужное вставить)?

Мне очень нравится шутка: “Надпись в мужском туалете: “НЕ ЛЬСТИ СЕБЕ, ПОДОЙДИ БЛИЖЕ”. Я это к тому, что не надо себе льстить. Мы не экстрасенсы, и, даже если нам иногда кажется иное, мы не можем угадать мысли, чувства и желания другого человека, так же как и другой человек – наши. И если мы хотим достичь взаимопонимания, то нам прийдется научиться:

• прислушиваться к себе;

• четко формулировать свои желания;

• отделять насущные свои потребности от второстепенных;

• настаивать на удовлетворении важных потребностей и уступать в вопросе второстепенных;

• признавать право близкого человека поступать так же.

Это большое везение – или результат совместных усилий? – если супруги могут поделиться друг с другом самым сокровенным, будучи уверены, что их не начнут “учить или лечить”, а просто выслушают.

И здорово, если они оставляют за собой и за другим право не обнажать все тайные уголки своей души. Это про доверие.

911family.ru






Об авторе статьи

`
Фельдман Инна Владимировна

Рейтинг психолога: 6 6

Фельдман Инна Владимировна

сертифицированный системный семейный психотерапевт, работаю со взрослыми людьми как индивидуально, так и с парами.
Город: Москва Стоимость приема: 2000 рублей
  •   Вопросы психологии
  •   Дети
  •   Личность


Добавить новый Комментарий


Психолог Ариев Владимир

Ариев Владимир

Биосенсорная психология и терапия Кризисная...
Психолог Рубцова Инна Юрьевна

Рубцова Инна

Психолог. Семейный консультант. Работаю...
Психолог Коновалов Андрей Евгеньевич

Коновалов Андрей

Психолог, клинический психолог, психотерапевт,...
Психолог Феоктистова Яна Сергеевна

Феоктистова Яна

Педагог-психолог высшей квалификационной...
Психолог Арутюнян Анна Юрьевна

Арутюнян Анна

Психоаналитик, арт-терапевт, Преподаватель...
Психолог Шишорина Варвара

Шишорина Варвара

Психолог-практик. Работаю с людьми различных...




Забыли ID или пароль?

Забыли ID или пароль?