Город: Москва
Речь идет о случае, когда защитная система личности ломается. Например, когда «хорошая девочка» попадает в опасную среду, где ей начинают предлагать что-то запрещенное. Её защита не срабатывает, она оказывается безоружной.
Это связано с тем, что нельзя точно определить, чего именно она опасается - угроз из внешнего мира или изнутри, от собственных инстинктивных импульсов. Анна Фрейд, вслед за Зигмундом Фрейдом, описывает это как страх личности («Я») быть разрушенной, раздавленной или затопленной силой инстинктов. Это инстинктивная тревога - страх перед мощью собственных влечений, когда человек не понимает, что с ним происходит. Например, когда женщина возвращается к мужчине, который её избивает, хотя все вокруг твердят: «Беги, он тебя убьёт». Она не осознаёт внутренних процессов.
Сигнальная функция тревоги: это внутренний сигнал об опасности, который побуждает включить защиту. Но у детей, особенно у подростков 14-15 лет, эта функция часто отсутствует или работает плохо. Их «Сверх-Я» ещё слабо, а в подростковом возрасте оно может вовсе не функционировать из-за регресса. Поэтому они садятся в машины к незнакомцам или уезжают на поезде в неизвестном направлении - их не останавливает внутренний сигнал тревоги. Они, словно оседлав несущуюся лошадь, сами несутся вместе с ней. Отсюда и специфика первой любви в этом возрасте: она захватывает целиком, это первичное, всепоглощающее чувство. Она часто бывает трагичной, на разрыв, как в истории Ромео и Джульетты. Жизнь без объекта любви кажется невозможной, потому что подросток полностью захвачен аффектом, он в регрессии, и его «Сверх-Я» не работает.
Мы, взрослые, должны в какой-то мере выполнять эту функцию за них: обозначать границы и последствия. Когда подросток заявляет: «Отстань, я сам всё знаю!» - это говорит его инфантильная часть. Наша задача - как «Сверх-Я», которого сейчас у них в дефиците, - принимать эту атаку, понимать, что с ними происходит, и учить наших пациентов делать то же самое.
Анна Фрейд пишет, что одна из самых сложных для анализа защит основана на страхе пациента перед силой собственных инстинктов. Например, пациент осознаёт свою агрессию, но боится, что если выпустит её, то разрушит всё вокруг, включая кабинет. Поэтому он держит её «под замком».
Например, когда мама приходит с жалобой, что не справляется с дочерью, не стоит сразу интерпретировать: «Вы повторяете травматичный сценарий из своего детства». Это может быть болезненно. Сначала стоит наладить контакт и объяснить, что такие чувства и такое поведение - возможный этап, и рассказать, что происходит с ребёнком.
Анна Фрейд пишет: анализ, вводя бессознательное в сознание, имеет терапевтический эффект. Но в той мере, в какой это вторжение нарушает защитные процессы «Я», оно делает их неэффективными, ослабляет «Я» и усиливает патологический процесс.
0
388
1