blog
Автор: Саламахина Надежда Сергеевна Все записи психолога (8)
Просмотров
1075
Вчера Гриша прыгал на матрасе, немного не рассчитал траекторию и улетел в спинку кровати. Ударился и заплакал. Я его подхватила на руки, прижала к себе, стала укачивать, целовать и говорить: «Грише больно, Гриша прыгнул высоко-высоко и ударился. Дай поцелую ваву» и т.д. Так мы сидели с ним минут пять. Потом он затих, вытер слезы и заинтересованно посмотрел на кубики: «Мам, давай строить дом!»
Ну, собственно, на этом инцидент исчерпан. Все в порядке. Про «ваву» больше не вспоминал и прыгать на кровати стал осторожнее.
Но я хочу рассказать, что происходит со мной-мамой, когда моему ребенку больно. Мне больно вместе с ним, а ещё страшно – вдруг что-то серьезное, и ещё царапает чувство вины – как же я не предусмотрела. Испытывая все это, так и хочется сказать ему: «перестань плакать», «ничего страшного – все пройдет», «я же тебе говорила, а ты…» Все эти слова, чтобы мне, маме, стало легче переносить плач, а ещё лучше поскорее эти слезы прекратить и переложить ответственность на малыша – сам виноват.
Но я мама – взрослый человек и умею весь этот поток слов контролировать и не выпускать наружу. Я большая и справлюсь сама. А ребенок – нет. Как ему помочь? Обнять и прожить эту боль и страх вместе с ним, озвучить его чувства вслух (не свои), так как он это пока не умеет, и дать ему поплакать столько, сколько ему требуется. И совершенно не имеет значения, сколько ребенку лет и какого он пола. Это я к тому – никаких «ты уже большой, ты же мальчик». Бабушку не раз на этом ловила – почему-то ей кажется, что манипулировать чувством стыда, вины нормальный способ остановить слезы. Думаю, её так воспитывали, а она воспитывала так меня – стереотипы ломать сложно. И мне бывает сложно, но все возможно))
Правило «нельзя плакать» я принесла из детства во взрослую жизнь, и это правило работало так: в состоянии горя – в горле ком, становилось сложно дышать, при этом на моем лице замирала маска «все в порядке». Я не могла плакать даже при близкой подруге, и в одиночестве это получалось у меня с трудом, словно мне нужно было проломить корку льда, а потом из меня начинали вырываться рыдания. И даже рыдая, я успевала подумать, как же некрасиво все это, мой голос мне казался неприятным, и становилось стыдно. Удивительно, что я гордилась этой своей маской железного человека, и называла её способностью контролировать эмоции.
Однажды эта маска сломалась. Случилась непоправимая беда – из жизни ушел мой близкий друг. Горе было так велико, что не помещалось в груди. Я чувствовала его в виде клубка колючей проволоки. Так я научилась плакать – по настоящему, во весь голос, так я научилась проживать свое горе.
Мне потребовалось много лет и тяжелая утрата, чтобы научиться тому, что умеют делать все маленькие дети - если не внушать им, что это стыдно, плохо или неважно - плакать, когда больно.
С рождением детей я начала открывать в себе все новые способности эмпатии. Я поняла, что не хочу, чтобы мои дети собирали в себе эти клубки из острых иголок и цепляли на свои лица маски железного человека.
Я продолжаю учиться быть мамой, и каждый день учусь у своих детей быть естественной, открыто проживать свои эмоции, любить себя и не стесняться своих чувств.
Не отбирайте у своего ребенка право на слезы. Не стоит бояться, что он вырастит слабаком, что он не повзрослеет и не научится быть сильным. Это не так, а более того все наоборот. Возможность проживать свое горе в объятиях родителей закладывает базовое доверие к окружающему миру и учит с наименьшими потерями выходить из ситуации стресса. Это и есть – сила и уверенность. Кроме того способность выражать свои чувства избавляет в будущем от многих психосоматических заболеваний, так как невыплаканная, запертая внутри боль, на физическом уровне разрушает наше тело.
© Ольга Грачева (https://vk.com/id19736378)